Во властной полноте манер,
раскинув свои руки-путы,
предстал пред нами Гулливер,
чьё окружение - лилипуты.
Речь произносит Гулливер
не без сарказма и подвоха
всем остальным подав пример,
назвав что хорошо, что плохо.
В свете грядущих перспектив,
придав всеведение гримасе,
довольно спорный нарратив
вбросит, навязывая, в массы.
Желая явно неспроста,
в звучащем пропагандой гласе,
во все возможные цвета
явь, искажая, перекрасить.
Степенный сохраняя вид
ловко жонглирует словами
для блага нынешних элит
понятия поменяв местами.
Стал прежде белоснежный цвет
с недавних пор иссиня-чёрным,
а то, чего в помине нет
сочтут отнюдь не иллюзорным.
Так, щёлкая бичом пастух,
к краю обрыва гонит стадо,
сломив сопротивления дух,
как будто это так и надо.
Не исключая крайних мер
к произносящим слово сами.
С ним несогласных Гулливер
просто раздавит каблуками.
Меж тем пройдёт за годом год
пока за все фрагменты яви
однажды провидение счёт
ему в отместку не предъявит.
Когда волной со всех сторон,
имея власти атрибуты,
с подмявших под себя закон
взыщут долги не лилипуты.
А те, кто сделался теперь,
переписав сюжет унылый,
открыв захлопнутую дверь,
новой влиятельною силой.
Кто был в оковах, не в почёте.
Жизнь календарь перелистав,
на собственной высокой ноте
всё расставляет по местам.
Меняют вехи обновлений
событий непрерывный ход
чредой надежд и потрясений,
всё с точностью наоборот.